Жили-были муж да жена, и было у них семь овечек, куцый жеребенок, собака да кошка. Наняли они пастушонка - овец пасти. Вот раз взял пастушонок узелок со снедью и пошел в поле со своими семью овечками. Вдруг, откуда ни возьмись, волк.
- Ах, какие славные овечки! Это твои? - спрашивает волк.
- Мои, - отвечает пастушонок. А волк и говорит:
- Отдай мне узелок с едой, а не то я овцу у тебя съем.
- Не отдам, - говорит пастушонок.
Ну, волк и съел одну овцу.

У одного человека было три сына: старший - Поуль, средний - Педер и младший - по прозванию Малёк. Поуль и Педер были парни хоть куда, а Малёк непутевый вышел, знай у печки лежит, да в золе копается. И не разберешь, каков он есть, - до того весь в золе перемажется.
Раз приходят Поуль с Педером к отцу и говорят, что надумали они пойти по свету, службу себе поискать. Ну, отец дал им свое согласие. А Малёк как узнал, что братья уходят, тоже с ними запросился. Отец и слышать не хотел, чтоб его из дому отпускать: он ни к какому делу не годный да и видом неказист. Этакому замарашке чужим людям и на глаза-то показаться стыдно. А Малёк свое заладил: пойду да пойду!
Стали Поуль с Педером в дорогу собираться, справили им новую красивую одежду, а Малёк как был в грязном, затасканном тряпье, так и остался. Старшие братья его стыдились, никак не хотели, чтобы он следом увязался, а Мальку и горя мало, идет себе за ними - и всё тут.
Вот пришли Поуль с Педером в королевский замок, и взяли их там в услужение, да притом на хорошие места определили. А как Малёк туда припожаловал, для него и работы-то найти не могли: куда поставишь этакого замарашку? Потом, однако ж, послали его на конюшню самым распоследним подручным конюха - грязь да навоз вычищать.

Жили-были муж с женою, и родился у них сынок. А муж слыхал, будто дети,
какие дольше других материнскую грудь сосут, на диво сильные вырастают, и
велел он жене, чтобы десять полных лет мальчонку своим молоком кормила.
Вот прошло десять лет, повел он сына в лес испытать, много ль у него силы.
Указал он ему дерево и говорит:
— А ну, Ханс, попробуй-ка, сможешь ли его с корнями выдернуть.
Ухватил Ханс дерево руками, рванул что было мочи, затряслось оно от
подножия до макушки, а все ж в земле устояло.